Главная » Статьи » Нравы и мораль » Казаков Анатолий |
А.Казаков. Одинокая лампадка деревни(6)
Анатолий Казаков
![]() Обложка книги Анатолия Казакова Обнимаемся с Иваном Сергеевичем Носовым, и я неустанно дивлюсь их схожести с отцом. А он будто и узнал мои мысли: « Я, Толик, когда на праздник какой выпью, болею очень, совсем негодная водка ныне стала, а отец, главное дело, покрепше был. Как бы много ни выпил, утрецом подымется и работает хоть бы чего, крепше нас старики были, чего тут говорить».Уезжал Иван на велосипеде, и я с огромной благодарностью смотрел вслед этому воистину замечательному человеку. Евдокия Андреевна, словно чуя мои мысли, проговорила: «Ваня – то красивше, чем отец его, больно он выруцил меня весной. У меня ведь три мешка картошки осталось, так он по мешку мне в Ардатов на велосипеде свозил, и я быстро продала».Проводив Ивана и вернувшись в дом, Евдокия Андреевна, нажарив мяса, прямо заставила меня досыта поесть: « Долго тебе ехать до Братска, а в дороге какая еда у тебя будет. Не ешь эту современную еду, а ешь мои пироги, здоровый доедешь до дому. Сейчас чего не жить, а предкам нашим досталось», и опять Евдокеюшка моя любезная ударялась в воспоминания о том, как моя бабушка Татьяна Ивановна Куванова, ходила за сто двадцать километров в город за солью и крупой… Могилка моей бабушки Татьяны Ивановны Кувановой Наступил день отъезда, Евдокия Андреевна, пока собирали вещи, держалась стойко, а как всё было собрано, села и расплакалась: « Всё, опять одна». Тяжело в такие моменты у нас обоих на сердце, знаю, что ни за что не поедет со мной в Братск. Помирать, когда приспеет пора, давно надумала на родной земле. Такова правда жизни, поэтому как могу, пытаюсь успокоить родного человека, хотя какие тут могут быть утешения, разве только неустанная вера в Бога, только она и крепит наш разум и слабые тела.Печалило меня и то, что как мы её с Иваном не уговаривали купить новый телевизор, Евдокия Андреевна ответствовала так: « Там не годное всё кажут, лучше молиться буду». Поклонившись старинным образам и дому, уже переходим в резиновых сапогах бродом речку Леметь и поднимаемся на святую гору. Несу большую сумку, в которой мешок сушёных яблок, килограмма два чеснока, купленные и освящённые в Дивеево иконы с образом светильника земли русской Серафима Саровского. Большую корзину яблок я, по наставлению тёти, ещё вчера отнёс в дом Евгения Ивановича Молодцова.![]() Ох, милая святая гора! Сколько помнишь ты? По преданию здесь проходило войско царя Ивана Грозного. Красуется на горе этой величественный храм Живоначальной Троицы. И стены его 1725 года постройки ещё стоят, напоминая людям о величии нашей православной веры. Бывало, настигнет засуха, берут старухи иконы, детей малых да к храму путь правят, упадут на колени и творят молитвы у святых стен вместе с молодой порослью. И что же? А то, что и польётся долгожданный дождичек, напоит растущий святой хлебушек да картоху - выручальщицу. Разумеется, и деревенский погост здесь же.А сколько на этой самой горе каталось по зиме ребятишек, и продолжалось это многие лета. Прибегали ребята после такого катания с изодранными штанами, и мамани их знамо дело поругивали, ведь работы в деревенском обиходе завсегда с явным избытком, а тут приходилось штаны штопать, но в этом деле им бабушки помогали. А заштопав штаны, уже эти же сами мамани улыбались, вспоминая свою юность. Ведь человек старится только телом, так уж сотворено нашим Создателем.![]() Храм на горе Посередь горы отдыхаем, неспешно любуемся на Божий мир, молимся на храм. А Евгений Иванович уж идёт и встречает нас своей удивительно доброй улыбкой: « А я гляжу, гляжу, нет их, куда пропали». Перевели мы дух с Евдокией Андреевной да с Евгением и Ниной в их дому о вечной суетности жизни побаяли.Отведал немного выставленного на стол Ниной холодца. Вкусный он, и будь покой на душе, непременно съел бы всё, что лежит на тарелке. Но душа заранее трепыхается, чует, что скоро расставание с родным человеком. Растёт простое, но вместе с тем и сложное понимание того, что если бы не Евдокия Андреевна, не побывать бы мне здесь, в Лемети, и ведь это так. Скрыл навернувшиеся было слёзы, к счастью, моего волнения вроде бы не заметила тётя, и, словно выручая меня, Евгений Иванович в который уж раз восклицал: « Эх! Вот ведь куда с кех пор заехали, Сибирь ваша бесконечная какая – то. Леметь и Братск самой жизнью побратимы давно стали».И это не было преувеличением, ибо много ныне на братских погостах лежит дорогих для нашей памяти Леметских земляков, но много, слава Богу, и по сей день живут и здравствуют у нас в Братске. Подъехал водитель Игорь, с ним и предстояло мне править путь до Арзамаса. Обнимаю, враз ставшую такой согбенной, Евдокию Андреевну. Волнение овладевает каждой клеточкой организма, а надо бы не показать это тёте, ведь она сердешная как ещё и на ногах – то держится.Грузим сумки в машину, Дуня моя хоть и расстроена, но по - матерински довольна, что отправляет меня с гостинцами, на глазах у обоих словно по команде полились ручьём слёзы: « Всё, Толька, одна остаюсь», и Нина как и в прошлые разы моего приезда говорит: « Не тирань парня в дорогу». Машина медленно набирает ход, а я всё гляжу на удаляющиеся сердешные фигурки. В Ардатове подъехал обняться на прощание Владимир Иванович Молодцов, трогательно всё это…По дороге в Арзамас Игорь рассказал мне, что ныне они засеяли пятьсот гектаров пшеницы, и весь урожай уже купил Арзамас, правда, вторым сортом пойдёт, но хлебороб не скрывал своей радости. В Лемети бывший председатель и агроном Саша Носов (родной брат Ивана Носова) каждый год засевают пшеницу. Конечно, с былыми посевами это не сравнишь, но хорошо, что остались такие люди. Игорь же у них в страду работает на комбайне.После разлуки с дорогой Евдокией Андреевной целебно было слушать мне речь доброго шофёра: « Вот люди в города рвутся, а что там в этих клетках жить. У меня домина, скот выращиваю, мясо продаю. Здесь хорошо, тихо. Когда в город приезжаю, думаю, как бы скорее в деревню, красота ведь у нас». Игорь и посадил меня на поезд, спасибо тебе, дорогой хлебороб.На вторые сутки пути по нашему вагону разместили детскую футбольную команду из Красноярска. Заняли они по России шестое место. Оказалось, у них травмировали двух лучших игроков, и сделано, по их словам, это было специально. Планировали же они занять четвёртое место. Тренеры их водили кормить в ресторан. Оказалось, ели они там на гарнир порошковую картошку и совершенно не наедались.![]() Дунины пироги в русской печи Угостил их Дуниными пирогами, сказал, что испекли их в русской печи, дети, улыбаясь, ели пироги, а один мальчик так и вовсе удивил, сказав: « Русью Матушкой пахнут».Пролетели сентябрь с октябрём, за это время в нашем храме повесили привезённую мной большую икону с образом батюшки Серафима, и наша замечательная прихожанка Лидия Каськова сказала, что именно этот образ являлся ей во сне, и Серафим Саровский на её вопрос, когда же у нас построится новый храм, отвечал, что храм будет, и будет он кирпичный. Отдал настоятелю нашего храма отцу Георгию Афонский ладан, подаренный благочинной Екатериной. Улыбаясь батюшка сказал: « Сегодня же на службе, буду его использовать». Иконки поменьше подарил Лидии и её мужу Виталию, ну и, конечно же, не забыл подарить и Александре Егоровне Сухоруковой, которая теперь каждый раз, зайдя в церковную библиотеку, целует икону, где изображён сгорбленный любимый всей страной наш старец Серафимушка.Радовало мою грешную душу, что за пять тысяч километров от Лемети, у нас в Сибири в нашем храме «Преображения Господня», есть три постоянных прихожанки, родом из Лемети. Это моя мама Анастасия Андреевна, её родная сестра Мария Андреевна и Анна Ивановна Куванова, последняя уже на протяжении восемнадцати лет, раздаёт причастившимся просфирки и поит святой водичкой. Настало тринадцатое ноября, в этот день умерла моя бабушка Татьяна Ивановна Куванова, в этот же день родился мой старший сын Виктор, и наконец в этот же день было восьмидесятилетие со дня рождения моей дорогой Евдокии Андреевны Кувановой. Евдокеюшка Конечно же, звоню, и в трубке слышу родной тётин голос: « А чо, Толик, живу, тут в Ивана Молодцова дом беженка поселилась, Ириной зовут, с украинских мест она, теперь мне повеселее. На печи у меня лежит, хворает, я её лечу. Дров купила, может жить будет, не знаю. Добирается в Дивеево, молится». От таких слов настроение моё пошло в гору, как же: ведь общение с живым человеком - это ж радость.На конец месяца, когда сижу и заканчиваю рассказ, снова звоню, оказалось, что Ирина пожила в деревне всего неделю и уехала. Евдокия Андреевна говорила: « Сейчас ведь всем газ подавай, удобства. Вот и убегла, хоть и дров купила. Никто не хочет жить в деревне». Я было подумал, что если поселился верующий человек, то в деревне на божественные праздники будут затепливаться уже две лампадки, но, к глубокому моему сожалению, этого не произошло.По - прежнему каждую субботу и воскресение зажигается Дунина лампадка, и Господь помогает ей сердешной творить каждый Божий день молитвы. И пока эта лампадка зажигается, жива деревня. Но когда случится неизбежное, всё равно будет жива, ибо у Бога мы все живы. А я, положив трубку телефона на стол, плача словно дитя малое, шепчу:« Если на земле добро и зло. Если на земле любовь и смерть. Если на земле тебе не повезло. Если на земле дано терпеть, То возьми тепло, идущее с икон. То возьми преданья деревенских слов. То возьми земной родителям поклон. То возьми молитвы вечный зов. В этой жизни сложности кругом. В этой жизни гнёт нас суета. В этой жизни успокоит дом. В этой жизни есть и красота. Нам бы только верить во Христа. Нам бы только праведно идти. Нам бы только истину в уста. Нам бы только отчее нести…» | |
Просмотров: 1467 | | |
Всего комментариев: 0 | |